Advokat-inform.ru

Юридический советник
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Передача телефона подсудимому в суде

КС: Для изучения содержимого телефона при его изъятии судебное решение не требуется

Конституционный Суд РФ отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина, отбывающего уголовное наказание, который просил признать не соответствующими Конституции РФ ст. 176 «Основания производства осмотра», 177 «Порядок производства осмотра» и 195 «Порядок назначения судебной экспертизы» УПК РФ. Заявитель утверждал, что их положения нарушают его право на тайну переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений, поскольку допускают возможность получения органом предварительного следствия информации о соединениях между абонентскими устройствами, текстов переписки, почтовых и иных сообщений в ходе производства осмотра и компьютерно-технических экспертиз изъятых абонентских устройств без получения судебного решения.

В Определении № 189-О/2018 указано, что при рассмотрении уголовного дела заявителя суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами протоколов осмотров электронных носителей информации, содержащих сведения о текстах сообщений, мотивировав такой отказ отсутствием необходимости получения для этого судебного решения.

Конституционный Суд отметил, что согласно УПК РФ осмотр предметов осуществляется в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, и может быть произведен до возбуждения дела и на месте производства следственного действия. Исключение составляют случаи, когда для производства осмотра требуется продолжительное время или осмотр на месте затруднен. Тогда подлежащие осмотру предметы должны быть изъяты, упакованы, опечатаны, заверены подписью следователя. Изъятию подлежат только те предметы, которые могут иметь отношение к уголовному делу, а в протоколе по возможности указываются их индивидуальные признаки и особенности (ст. 176, ч. 2 и 3 ст. 177 УПК РФ). Изъятые предметы могут выступать предметом судебной экспертизы, порядок назначения которой определен ст. 195 УПК РФ.

КС РФ указал, что проведение осмотра и экспертизы с целью получения имеющей значение для уголовного дела информации, находящейся в электронной памяти абонентских устройств, изъятых при производстве следственных действий в установленном законом порядке, не предполагает вынесения специального судебного решения. Лица же, полагающие, что проведение соответствующих следственных действий и принимаемые при этом процессуальные решения способны причинить ущерб их конституционным правам, в том числе праву на тайну переписки, могут оспорить данные процессуальные решения и следственные действия в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ.

Конституционный Суд пришел к выводу, что оспариваемые заявителем нормы не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в указанном им аспекте.

Советник ФПА РФ, член Квалификационной комиссии АП Ставропольского края Нвер Гаспарян, комментируя определение КС РФ, отметил, что оно позволит безосновательно отказывать стороне защиты в исключении из доказательств протоколов осмотра телефонов с находящимися в них текстами переписки, почтовых и иных сообщений без судебного решения.

Адвокат обратил внимание на ключевую фразу мотивировочной части определения о том, что осмотр абонентских устройств не предполагает вынесения специального судебного решения. «А чем отличается осмотр изъятого телефона с хранящейся в нем перепиской абонентов и прочей информацией, для проведения которого, оказывается, не требуется санкция суда, от получения информации о соединениях абонентов (ст. 186.1 УПК РФ) и осмотра почтово-телеграфных отправлений (ст. 185 УПК РФ), для чего требуется судебное решение? – задается вопросом Нвер Гаспарян и продолжает: – Как мне представляется – ничем».

По мнению эксперта, в определении КС РФ сделан сомнительный прецедентный вывод без каких-либо обоснований, который ухудшит негативно складывающуюся практику по разрешению ходатайств об исключении доказательств, полученных с нарушением закона.

Адвокат АБ «ЗКС» Алексей Новиков, в свою очередь, указал на необходимость отличать получение информации, составляющей охраняемую законом тайну, от изъятия предмета при производстве следственных действий, направленных на обнаружение следов преступления, орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, предметов и ценностей, которые могут иметь значение для уголовного дела.

«Речь идет об изъятии именно предмета, а не информации, содержащейся в нем, – отмечает эксперт. – Изъятие следователем в установленном законом порядке мобильного телефона, содержащего сведения о переписке, соединениях между абонентскими устройствами и т.д., соответствует ст. 176, 177, 180, 182–184 УПК РФ». Алексей Новиков добавил, что на практике подобные действия правоохранительных органов неоднократно обжаловались в порядке ст. 125 УПК РФ, однако общая тенденция разрешения таких обращений складывается именно в пользу следственных органов.

«Особого внимания заслуживает тот факт, что невозможно реализовать изъятие электронных носителей информации, содержащих сведения о текстах сообщений, исключительно по судебному решению, – заметил адвокат и привел пример обратного: – При проведении осмотра места происшествия следователь, обнаружив телефон, должен приостановить производство осмотра, собрать необходимые материалы, согласовать и утвердить соответствующее ходатайство, обратиться с ним в суд, дождаться рассмотрения – а на все это порой уходит не один день – и после мчаться обратно, надеясь, что на “невидоизмененном” месте происшествия его еще ждут оперативная группа и понятые».

Читайте так же:
Можно ли сдавать егэ не по месту регистрации

Алексей Новиков отдельно указал: «Что касается дальнейшего осмотра и назначения экспертиз, то указанные следственные действия проводятся в соответствии со ст. 177, 180, 195–207 УПК РФ. В случае нарушения перечисленных норм можно обратиться в порядке ст. 123–125 УПК РФ с соответствующей жалобой к прокурору, руководителю следственного органа или в суд».

Адвокат АП г. Москвы Александр Зинуров назвал актуальным вопрос соответствия положений ст. 176, 177 и 195 УПК РФ конституционным правам граждан. По его словам, это в том числе связано с увеличением количества преступлений, которые совершаются в социальной и информационной сферах с использованием компьютерно-технических средств. В таких случаях доказательствами по делу часто являются электронные носители информации. Эксперт добавил, что на практике отмечается тенденция роста отказов в удовлетворении ходатайств о признании недопустимыми доказательств, полученных в ходе осмотра электронных носителей информации, если при этом были нарушены требования УПК РФ, например, отсутствовало судебное решение.

«На стадии производства следственных действий, а именно при сборе и изъятии электронных носителей информации или устройств, содержащих сведения о текстах сообщений и соединениях между абонентскими устройствами, возникает спорная ситуация, – отметил Александр Зинуров. – Согласно Конституции РФ, гражданин имеет право на тайну переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Однако при изъятии электронных носителей информации с последующим проведением экспертизы разглашается лишь та информация, которая имеет значение для уголовного дела».

Эксперт добавил, что наличие возможности не получать судебное решение и проводить следственные мероприятия до возбуждения уголовного дела позволяет правоохранительным органам своевременно предотвращать финансово-кредитные преступления, принимать меры превентивного характера относительно террористических действий, когда промедление может привести к тяжким последствиям и к уничтожению доказательств. «Определение КС РФ помогает упростить процедуру изъятия электронных носителей информации и средств связи, а также минимизирует риск уничтожения доказательств обвинения», – считает адвокат.

Вместе с тем Александр Зинуров заметил, что определение оставляет место для злоупотребления правом со стороны заинтересованных лиц. «Нельзя исключать случаев, когда изъятая в ходе оперативно-следственных мероприятий информация может попасть к третьим лицам или недобросовестным конкурентам, вследствие чего будет нанесен непоправимый вред чести, достоинству и репутации гражданина или бизнесу», – пояснил эксперт.

По его мнению, важно во избежание негативных последствий вынесенного КС определения рассмотреть вопрос о введении ответственности дисциплинарного и материального характера по отношению к сотрудникам оперативных и следственных органов за необоснованное изъятие, разглашение или передачу третьим лицам информации, полученной в ходе доследственной проверки. «Также нельзя забывать о надлежащем контроле со стороны руководства и надзирающих служб за проверкой обоснованности проведения таких следственных мероприятий до возбуждения уголовного дела и установить перечень достаточных оснований для проведения осмотра», – добавил Александр Зинуров. С его точки зрения, действенными могут оказаться меры, предполагающие признание в суде недопустимыми доказательств, которые получены с нарушением ч. 3.1 ст. 183 УПК РФ – в отсутствие специалиста, обязательного при проведении осмотра и изъятия электронных носителей информации.

Правила предоставления осужденным телефонных или видео разговоров

Правила предоставления осужденным телефонных или видео разговоров

Одно из самых страшных испытаний для осужденных – разлука с родными и близкими, а также лишение привычных средств связи. О длительных разговорах в мессенджерах и соцсетях, видеосвязи и прочих прелестях цивилизации порой приходится забыть на долгие годы.

Официальные положения и пояснения

Возможность общения осужденных с родными и близкими все же имеется, причем прописана она все в тех же вышеупомянутых Правилах внутреннего распорядка ИК. Согласно им, каждый осужденный имеет право на телефонный разговор длительностью не более 15 минут. Если имеются технические возможности, могут предоставить и видеосвязь. Однако количество разрешенных телефонных и видео-переговоров нигде не прописано, а поэтому неограниченно.

Чтобы получить разрешение на переговоры, необходимо подать письменное заявление на имя начальника колонии (ИО либо лицо, его замещающее). В нем нужно указать:

  • ФИО абонента;
  • фактический адрес;
  • телефонный номер;
  • длительность разговора (15 минут максимум);
  • язык, на котором будет вестись разговор.

Как правило, под «переговорный пункт» отводится отдельное помещение, а право переговоров реализуется в нерабочее время.

Читайте так же:
Перенос сетей для благоустройства дворовых территорий

Телефонные переговоры могут оплачиваться самим осужденным либо абонентом (по его желанию). Осужденным все же разрешено иметь телефонные карты, но они должны храниться у дежурного представителя администрации (карты подписывают и выдают при наличии разрешения на переговоры).

Пока осужденный находится в колонии, о конфиденциальности переговоров придется забыть: сотрудник ИК имеет полное право не только присутствовать при сеансе связи, но и контролировать его ход.

Если в заявлении указан отличный от русского язык общения, обычно приглашают переводчика. Платить за его услуги не нужно (оплачивает государство), но как быстро найдут знатока соответствующего языка – неизвестно. Поэтому большинство осужденных предпочитает общаться хоть и на ломаном, но русском языке (если его знает абонент, разумеется).

Как правило, по прибытии в ИУ связаться с родными дозволяют всем осужденным (за исключением нарушителей режима во время этапа). Однако нарушители и люди, содержащиеся в камерах (ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ) по иным причинам, при обычных обстоятельствах лишенные права телефонного общения, в исключительных случаях могут поговорить с родными.

Разрешено общаться даже с родственниками, пребывающими в другой колонии. Но не дай бог, чтобы эти «исключительные обстоятельства» наступили!

Могут ли прервать разговор?

Если вы будете общаться на обычные темы на русском языке, сотрудник колонии вряд ли прервет разговор. В Правилах четко прописаны случаи, когда телефонный разговор может быть прерван до истечения заявленного срока:

  • Обсуждение запретных тем (готовящихся преступлений, передачи запрещенных предметов, действий администрации и охраны, порядков в колонии).
  • Переход на другой язык. Если вы заявили, что будете общаться на русском языке, но временами переходите, например, на грузинский, сотрудник ИУ имеет право прервать разговор.
  • Желание любой из сторон прекратить общение.

Учтите, что нарушение правил телефонных переговоров может повлечь неприятные последствия, например, ужесточение режима содержания заключенного.

За хорошее поведение к осужденным могут применяться меры поощрения (УИК РФ Статья 71):

СМС и переписка в мессенджерах как доказательство в суде по гражданским и арбитражным делам

Долгое время вопрос о возможности использования в суде переписки по СМС либо в мессенджерах (What’s App, Viber, Telegram и т.д.) являлся дискуссионным, однако к настоящему времени позиция судов вполне сформировалась: переписка в принципе может использоваться в доказывании.[1]

Обновленная редакция ч. 1 ст. 71 ГПК РФ[2] отнесла материалы, полученные в том числе с помощью информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом, то есть подход, заложенный ранее в ст. 75 АПК РФ (тоже о письменных доказательства) был перенесен и в гражданский процесс (теперь АПК РФ вышел даже более консервативным).

В связи с этим, наибольшую актуальность приобретает не сам по себе вопрос о том, можно ли в принципе использовать такую переписку в качестве доказательств, а то, каким образом оптимально использовать её. Иным словами, как оформить эти доказательства?

Представляется, что основных варианта у нас два: обеспечение доказательств у нотариуса, либо самостоятельное закрепление доказательств.

Обеспечение доказательств у нотариуса.

Такой вариант представляется предпочтительным. Обеспечение доказательств производится нотариусом в порядке ст.ст. 102 – 103 Основ законодательства о нотариате[3] В данной ситуации нотариус фактически выполнит функции суда, осмотрит телефон, и составит протокол. Этот протокол будет соответствовать всем формальным требованиям как доказательство, соответственно, дальнейшее будет зависеть: а) от полноты содержания этого доказательства и б) от того, сможете ли вы доказать остальные имеющие юридическое значение обстоятельства (например, принадлежность номера абонента конкретному лицу).

Недостатком этого способа является лишь его относительная дороговизна (в сравнении с обеспечением доказательства самостоятельно, которое, само собой, бесплатно), и хлопотность (необходимо идти к нотариусу, извещать стороны, и так далее – в последний момент сделать не удастся).

Однако, все эти «неудобства» полностью компенсируются самим фактом того, что вопрос формы доказательств у суда точно никаких сомнений не вызовет. Тем более, что с 01.01.2015 г. обеспечивать доказательства можно даже если дело уже находится в суде (т.е. подали иск и тут же к нотариусу – теперь так можно).[4]

Самостоятельное оформление.

Здесь жестких правил нет, поэтому каждый выходит из положения как может. Некоторые делают т.н. «скриншоты» и заверяют их (а иногда даже не заверяют, а просто предоставляют суду – чаще такое можно встретить в гражданских делах в суде общей юрисдикции). Другие печатают текст сообщений на бумаге, называют его «акт осмотра» или «распечатка», и предоставляют в таком виде суду (актуально для т.н. «обычных» телефонов, «не-смартфонов»). Однако, в любом случае суду необходимо будет представить непосредственно сам телефон с перепиской. Без него доказательственная сила ваших «распечаток» и «скриншотов» стремится к нулю. И тут мы осознаем самое главное слабое место такого способа оформления доказательств. Что если телефон будет утерян, либо из памяти удалятся (по любой причине, будь то вирус, ошибка пользователя, и т.д.) сообщения? Ответ прост. Доказательств у вас, вероятнее всего, больше не будет. Соответственно, экономя на нотариусе, мы рискуем остаться ни с чем.

Читайте так же:
Ответственность школьных педагогов при проведении внешкольных мероприятий

Более того, в некоторых случаях такие самодеятельные доказательства суд может и не принять в принципе, как это случилось при вынесении Постановления Арбитражного суда Уральского округа от 18 ноября 2016 г. N Ф09-9930/15 по делу N А50-7834/2015, где было отмечено, что суд не принимает «таблицы вызовов по телефону (не заверенные оператором связи), фотоснимки смс переписки (не заверенные оператором связи)».

Нюансы использования.

Однако, мало доказать наличие СМС-переписки (а равно и переписки в мессенджере). Принимать-то суд её принимает, да вот возникают сразу два типичных вопроса. Первый: а как доказать, что именно этот номер принадлежит именно тому лицу, о котором идет речь?

Здесь есть несколько вариантов.[5] Если сотовый телефон зарегистрирован на нужное вам лицо, достаточно запросить эти сведения у оператора (наряду с другими сведениями, о чем ниже) в порядке истребования доказательств. А если телефон оформлен на иное лицо или на организацию? Тут уже необходимо проявить некоторую изобретательность. В первую очередь, факт принадлежности может следовать из самой переписки (или переписки с другими людьми – например, если отправитель представился). Далее, телефон может быть указан в официальных документах (письмах, договорах, соглашениях) или, на худой конец, на визитках. Не лишним будет сослаться на интернет-сайт, если там есть такая информация (содержание страницы тоже рекомендуется удостоверить у нотариуса). В общем, использовать все доступные способы.

Второй актуальный вопрос – доказать сам факт передачи сообщений. Другая сторона может оспаривать, что она направляла или получала какие-либо сообщения (например, заявляет, что переписка сфальсифицирована). В случае с СМС это легко проверяется детализацией сообщений (её лучше запросить заранее, во избежание недоразумений). Естественно, переписку лучше соотнести с детализацией еще до процесса с целью выявления возможных фальсификаций.

Лично я предпочитаю оформление таких соотнесений в табличке вроде этой:

Событие по данным оператора

Событие в памяти телефона

11.01.2018 г. 10:12

СМС-сообщение от абонента «Василий Сидоров» с текстом «На работу не выйду, буду увольняться!»

Можно, конечно, воспользоваться любым другим вариантом. В любом случае, суду будет легче дать оценку этим доказательствам и это, возможно, зачтется!

С мессенджерами ситуация несколько сложнее. Операторы фиксируют интернет-трафик, но идентифицировать его как сообщение проблематично. Здесь остается только ссылаться на то, что добросовестность стороны предполагается (ч. 5 ст. 10 ГК РФ) и предложить другой стороне доказать факт фальсификации (как минимум, предоставить данные своего телефона). Скорее всего, простого отрицания другой стороне не хватит. В особо важных случаях возможно пойти путем проведения, например, компьютерно-технической экспертизы, которая, вероятно, установит подлинный либо фальсифицированный характер переписки в мессенджерах.

Содержание не менее важно, чем форма.

И последнее по порядку, но не по значимости, что часто не берется в учет при использовании переписки, является её неполнота. Как все знают, в сообщениях часто используется сокращения, разговорный язык, который при буквальном прочтении может показаться стороннему исследователю неявным. Сами по себе сообщения часто не понятны вне контекста.

Так, в Постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17 января 2017 г. N 08АП-13836/16 суд указал, что «Из содержания переписки не следует, какие именно документы, кто и у кого запрашивал, какая именно ситуация является предметом переписки (нет описаны обстоятельства утраты груза, реквизиты судна, капитан, договор и т.п.). Переписка не подтверждает факт передачи груза ответчику». В Постановлении Второго арбитражного апелляционного суда от 5 марта 2018 г. N 02АП-606/18 отмечено, что «В указанной переписке отсутствуют реквизиты договоров, помещение не индивидуализировано, личность Олега не установлена и не подтверждено материалами дела наличие полномочий у указанного лица действовать от имени и в интересах ООО».

Иным словами, необходимо не только внимательно отнестись к формальному закреплению этого доказательства (предпочтительно у нотариуса), получению дополнительных доказательств факта переписки (у оператора связи), но и доказыванию связи сообщений с фактическими обстоятельствами дела. Здесь помогут показания свидетелей, документы и иные письменные доказательства, и т.д.

Читайте так же:
Какой транспортный налог для трактора — Автолюбитель

Выводы.

  1. Переписка по СМС или в мессенджерах однозначно может использоваться в доказывании по гражданским делам.
  2. Фиксацию переписки лучше проводить у нотариуса во избежание утраты доказательств в будущем. Переписка, закрепленная «кустарным» способом, является доказательством в суде, но требует предъявление на обозрение суда телефона. Если переписка по каким-то причинам в телефоне не сохранится – собранные доказательства не будут иметь никакого значения.
  3. Помимо оформления переписки как доказательства, необходимо запросить подтверждение факта телефонных соединений и выхода в Интернет у оператора связи.
  4. Содержание переписки необходимо тщательно проанализировать на предмет её доказательственного значения и восполнить пробелы дополнительными доказательствами (показаниями свидетелей, документами, и так далее).

[1] Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13 марта 2017 г. N Ф08-1154/17 по делу N А77-986/2015, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 18 ноября 2016 г. N Ф09-9930/15 по делу N А50-7834/2015, Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 5 марта 2018 г. N 02АП-606/18, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 ноября 2017 г. N 09АП-50243/17, Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 октября 2015 г. N 15АП-17545/15, Апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 06 апреля 2017 г. по делу N 33-5779/2017, Апелляционное определение СК по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 07 февраля 2017 г. по делу N 33-3261/2017, Апелляционное определение СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 20 мая 2016 г. по делу N 33-8564/2016, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 февраля 2018 г. N 09АП-71125/17, Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2017 г. N 06АП-6318/17, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 июля 2017 г. N 13АП-12179/17. Во всех указанных случаях суды давали оценку СМС переписке и переписке в мессенджерах, а если и вели речь о её недопустимости, то скорее в контексте конкретных обстоятельств дела (по причине недостоверности или неполноты), чем принципиально.

[2] Изменения внесены Федеральным законом от 23 июня 2016 г. N 220-ФЗ и вступают в силу с 01.01.2017 г.

[3] Основы законодательства РФ о нотариате от 11 февраля 1993 г. N 4462-I

[4] Федеральный закон от 29 декабря 2014 г. N 457-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"

[5] Вариант, когда другая сторона сама признает этот факт, здесь не рассматриваем. Если так – нет проблемы!

Засекречивание участников уголовного процесса: что это и для чего применяется?

Засекречивание участников уголовного процесса: что это и для чего применяется?

К сожалению, участие в уголовном процессе не всегда безопасно для свидетелей, потерпевших, частных обвинителей, гражданских истцов, а также прочих субъектов. Подозреваемые, обвиняемые, а также приближенные к ним лица, желая избежать ответственности за содеянное либо одержимые идеей мести, могут угрожать здоровью и жизни участников уголовного процесса и их родственников, тем самым значительно влияя на ход процесса. Чтобы этого не происходило, применяют засекречивание — меру безопасности, направленную на сокрытие данных о некоторых участниках уголовного процесса.

Итак, в каких случаях применяется засекречивание сведений? Для ответа на этот вопрос обратимся к специальному акту — 119-ФЗ от 20 августа 2011 года. В ст.16 этого закона сказано, что основание засекречивания сведений об участниках уголовного процесса — это реальная угроза их жизни и здоровью, также риск уничтожения или повреждения принадлежащего им имущества. Чаще всего об угрозе свидетельствуют письма, сообщения, звонки соответствующего содержания, а также случаи нападения и порчи имущества. Полный перечень подлежащих засекречиванию лиц приведен в ст.2 рассматриваемого Закона.

Мера безопасности применяется:

  • на основании письменного заявления физлица и (или) письменного заявления его родственников;
  • по инициативе следователя с согласия физлица и (или) его родственников.

Постановление о сохранении в тайне сведений о личности, включающее информацию о ФИО физлица, его дате и месте рождения, помещается в непрозрачный конверт, опечатывается, и в таком виде приобщается к материалам уголовного дела. Вскрывать конверт разрешено только субъекту, засекретившему лицо, а также органу правосудия.

Засекречивание включает в себя не только смену личной информации, но и изменение номера телефона, госномеров на авто, принадлежащему защищаемому лицу. Государственным организациям запрещается предоставлять подлинные сведения о субъекте другим лицам.

Если и этого недостаточно, правоохранительные органы могут прибегнуть к более радикальным мерам защиты, например, переселению физлиц в другой регион, изменению места работы (учебы) и даже изменению внешности.

Помимо названного закона, вопросы безопасности участников уголовного процесса регламентируются УПК РФ, согласно статье 11 которого при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности.

Читайте так же:
Получение денег после смерти родственника

Так, УПК РФ предусмотрены следующие меры безопасности:

  • засекречивание данных о личности в протоколе следственных действий согласно п.9 ст. 166 УПК РФ;
  • контроль и запись телефонных переговоров лиц, в отношении которых имеется угроза совершения преступных действий, на основании заявления этих лиц, а при отсутствии заявления – на основании судебного решения;
  • проведение опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым, в целях обеспечения безопасности опознающего;
  • проведение закрытого судебного заседания в случаях, если этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников или близких лиц.
  • допрос свидетеля в суде без оглашения подлинных данных о его личности в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства.

Процессуальные действия с засекреченным лицом

Участие засекреченного лица в процессе имеет свои особенности. Кратко обозначим их:

  1. Засекреченным физлицам присваиваются псевдонимы. Идентифицировать личность анонима вправе судья.
  2. Засекреченные лица придумывают новую подпись, которую проставляют затем на всех процессуальных документах.
  3. Такие процессуальные действия, как очная ставка, допрос, опознание проводятся в конфиденциальном режиме. Например, на практике часто применяются устройства, изменяющие голос субъекта.
  4. Анониму запрещается в ходе проведения процессуальных мероприятий задавать вопросы, которые прямо или косвенного могут выдать его личность.
  5. Если засекреченное лицо не может указать источник происхождения своих сведений или утверждает, что они основаны на слухах, догадках, предположениях, то его показания признаются недопустимыми доказательствами.
  6. Сведения о лице подлежат оглашению только после решения органа правосудия и только после заявления мотивированного ходатайства.

Срок засекречивания зависит от срока действия обстоятельств, которые привели к введению данной меры защиты. Если такие обстоятельства отпали, то и в дальнейшем в засекречивании больше нет смысла.

Проблемы засекречивания физлиц

Засекречивание лиц в уголовном процессе на практике сопряжено с некоторыми проблемными моментами. Рассмотрим их подробнее.

  1. Засекречивание может применяться правоохранительными органами в своих целях. Например, достаточно распространены ситуации, когда физлицу не угрожает реальная опасность, но информация о нем все равно скрывается. В итоге сторона защиты может узнать о допросе или опознании только в момент ознакомления с материалами уголовного дела. Основные доводы обвинения могут строиться на показаниях анонимного субъекта, который вполне может быть и подставным лицом.
  2. Засекречивание не всегда целесообразно. Например, невозможно скрыть в тайне данные о потерпевшем лице на стадии возбуждения дела, поскольку это физлицо подписывает лично свое заявление.
  3. Далеко не все помещения судов и правоохранительных органов оснащены техническими средствами, помогающими сохранить личность лица в тайне. Правоохранительным органам и судам приходится прибегать к всевозможным ухищрением, чтобы соблюсти нормы УПК РФ. Например, судьи часто удаляют из зала заседания защитника и подсудимого, чтобы допросить засекреченное лицо. Однако этот момент влияет на справедливость процесса, поскольку сторона защиты лишается возможности задать субъекту свои вопросы.
  4. По экономическим преступлениям засекречивание субъекта бывает затруднено. Например, часто встречаются случаи, когда в показаниях анонимов речь идет о коммерческой тайне организации. Поскольку доступ к коммерческой тайне имеет ограниченный круг субъектов, несложно вычислить, кем является аноним. Поэтому здесь лучше выбрать другой способ защиты.
  5. В процессе передачи материалов дела от одного следователя к другому расширяется перечень лиц, которым известно о личности защищаемого субъекта. Следовательно, риск утечки информации увеличивается.
  6. Необоснованное применение мер безопасности приводит к нарушению принципа состязательности сторон, ставит сторону обвинения в более привилегированное положение по отношению к стороне защиты.

Можно ли избежать всех перечисленных выше сложностей в процессе засекречивания личности участника процесса? Очевидно, в настоящее время нет. Однако риск разглашения данных может быть снижен, если интересы засекреченного лица будет представлять опытный уголовный адвокат. Специалист тщательно следит за соблюдением режима секретности правоохранительными органами, не допускает нарушений, а также оказывает своему доверителю все необходимую по его делу юридическую помощь.

Если же адвокат представляет интересы подозреваемого, обвиняемого или подсудимого, то он не допустит ущемления процессуальных прав своего доверителя в связи с участием в деле засекреченной фигуры.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию